Проблема детской беспризорности и безнадзорности в России существовала всегда. Численность беспризорников, сирот резко возрастала в период войн и катаклизмов, когда разрушались общественные и семейные связи. В конце 19 века общественность России впервые стала обращать внимание на отдельные преступные проявления среди несовершеннолетних. Однако профилактикой детской преступности активно стали заниматься лишь после революционных событий.
С первых дней установления советской власти главными факторами в борьбе с правонарушениями несовершеннолетних были признаны воспитательная и предупредительная работа.
История создания инспекции по работе с беспризорными детьми в России тесно связана с масштабной проблемой детской беспризорности, которая возникла в стране после Первой мировой войны и Гражданской войны. К 1921 году число беспризорников достигло 4,5 миллиона человек.
В 20-е годы беспризорников можно было найти в любой точке СССР. Лидирующее положение занимала, естественно, Москва. Если в 1917 году беспризорники составляли 1-2 процента всех московских детей, то уже к середине 20-х годов эта цифра, по разным подсчетам, возросла до 25-40 процентов5. Особенно выделялись в этом плане Казань, Саратов и Покровск (Энгельс) — местности Поволжья, охваченные неурожаем, Воронеж, Нижний Новгород, Орел, Вологда, Краснодар…
Нужда заставляла детей искать убежище в любом удобном месте. В теплом Краснодаре «босовики» располагались вблизи Александро-Невского и Екатерининского кафедрального соборов, слившись с колонией взрослых бомжей. Некоторые беспризорники грелись в паровозных топках, жили под батареями парового отопления на вокзалах и даже на крыше одного из кремлевских зданий.
По образу жизни, внутреннему статусу беспризорников можно классифицировать на три категории. Первая группа — нищие, или «кусочники», которые выпрашивали деньги или съестное. С улицы прибегали в лохмотьях синие от холода, еще более голодные… дети, — описывала свои послереволюционные дни в Питере баронесса М. Д. Врангель. Они облипали наш стол и, глядя помертвелыми, белыми глазами жадно вам в рот, шептали: «Тетенька, тетенька, оставьте ложечку», и только вы отодвигали тарелку, они, как шакалы, набрасывались на нес, вырывая друг у друга, и вылизывали ее дочиста».
Другая разновидность нищих – «певцы». Современник 20-х годов вспоминает: «Вот в проходе появился мальчуган… Лицо и руки черны от грязи. Блестят только белки глубоко ввалившихся глаз. Дремоту вагона будит звук деревянных ложек, под аккомпанемент которых мальчуган своим застуженным голосом поёт:
В том саду при долине,
Где поет соловей.
А я мальчик на чужбине,
Позабыт от людей.
Позабыт, позаброшен
С молодых, юных лет.
Я остался сиротою,
Счастья, доли мне нет…
Как правило, с 14-16 лет ребята переходили в среднюю категорию — образовывали воровские шайки. Каждый беспризорник-вор владел той или иной «профессией». Те, кто специализировался на кражах квартир или магазинов со взломом, назывались «скокарями». Они зарабатывали от 2 до 10 рублей в день и тут же тратили их на женщин, вино, азартные игры, дорогие вещи. Воры попроще именовались «ширмачами» и «чемоданщиками». «Ширмачи» изучали карманы советских граждан, что приносило им от 1 до 3 рублей в день. Доход «чемоданщика» полностью зависел от содержимого чемоданов. Основная же масса беспризорников относилась к «сявкам» — мелким воришкам, предпочитавшим скорее выпросить, чем украсть.
Воровской промысел требовал четкой организации, распределения обязанностей. Шайки насчитывали от 2-3 до 10 и более подростков. Крали в основном с лотков, огородов, реже из карманов. Типичная картина их работы нарисована комсомольским работником 20-х годов А. Караваевым. «Утром, продрогнув, голодные бродят по базару в поисках пищи. То спляшут, то песенку споют:
И люди мрут все с голодухи,
Точно мухи.
И вместо хлеба шамают
Макухи
Слушая эти горькие слова правды, сердобольные люди протягивали что-нибудь. К ротозеям залезали в карман, у зазевавшегося торговца крали какую-нибудь снедь. Так добывали они дневное пропитание. Иногда они, собравшись в шайки по 20-30 человек, вдруг, внезапно, врывались в торговые ряды, хватая все без разбору, сбивая с ног каждого, кто вставал на их пути, и так же внезапно исчезали. Вся добыча делилась строго поровну между участниками кражи.
К элите беспризорных преступников относились «жулики», или, как их еще называли, «стопари», поскольку они занимались «гоп-стопом» — налетами и вооруженными грабежами. К своей работе они привлекали детей-беспризорников, поскольку те могли залезть в форточку, слуховое окно на чердаке, пробраться в квартиру по водосточной трубе. Беспризорники, не жившие постоянно с «жуликами», оказывали им разовые услуги: торговцы разносили кокаин, сбывали краденое; певцы и фокусники собирали толпу для ограбления; попрошайки вели слежку за «объектом». Взрослые бандиты «заботились» о младших собратьях, подкармливая их, делясь краденым, снабжая спиртным и кокаином, тем самым готовя себе смену. Существовал неписаный закон: никогда не оставлять при себе добытых денег, поскольку их могли изъять при обыске или же отнять «свои» в ночлежке.
Ключевым этапом в решении этой проблемы стало создание в сентябре 1921 года детских социальных инспекций. Они были учреждены постановлением Совета Народных Комиссаров РСФСР (СНК РСФСР), подписанным В. И. Лениным. В их задачи входила борьба с детской безнадзорностью, нищенством, правонарушениями, а также с эксплуатацией детей и дурным обращением с ними в семьях, на предприятиях и в других учреждениях.
Президиум ВЦИК принял постановление о создании Комиссии при ВЦИК по улучшению жизни детей (часто её называют просто «Детской комиссией»). В эти годы заложили основы государственной системы работы с беспризорными детьми. Именно эту дату и отмечают в этом году как 105-летие. Возглавил комиссию Феликс Дзержинский.
Почему появилась такая комиссия? После Первой мировой и Гражданской войн в стране резко выросло число детей, оставшихся без попечения родителей. Проблема была острой: многим не хватало еды, одежды, крыши над головой. Требовался системный государственный подход.
Какие задачи ставили перед комиссией? В её функции входило:
- помогать учреждениям, которые заботились о детях (обеспечивать продовольствием, жильём, топливом);
- следить за тем, чтобы центральные и местные власти выполняли постановления в защиту детей, и при необходимости вносить законодательные инициативы;
- издавать распоряжения по охране жизни и здоровья детей в рамках действующих законов.
Все свои мероприятия Комиссия должна была проводить через соответствующие органы центральных ведомств, а на местах через губернские и уездные исполкомы, которые назначали по одному уполномоченному на губернию и уезд для непосредственной работы под руководством Комиссии. Уполномоченные несли ответственность как перед исполкомом, так и перед Комиссией.
Позднее народный комиссар просвещения А.В. Луначарский писал о возникновении этой комиссии: «В один из дней того периода Феликс Эдмундович позвонил мне и предупредил меня, что сейчас приедет для обсуждения важного вопроса… Феликс Эдмундович вошел ко мне, как всегда, горящий и торопливый… Я хочу бросить некоторую часть моих личных сил, а главное сил ВЧК, на борьбу с детской беспризорностью, сказал мне Дзержинский. Я пришел к этому выводу… исходя из двух соображений. Во-первых, это же ужасное бедствие… сколько их искалечено борьбой и нуждой. Тут надо прямо-таки броситься на помощь, как если бы мы видели утопающих детей. Одному Наркомпросу справиться не под силу. Нужна широкая помощь всей советской общественности. Нужно создать при ВЦИК… широкую комиссию, куда бы вошли все ведомства и все организации, могущие быть полезными в этом деле… Я хотел бы стать сам во главе этой комиссии; я хочу реально включить в работу аппарат ВЧК. К этому меня побуждает второе соображение: я думаю, что наш аппарат один из наиболее четко работающих. Его разветвления есть повсюду. С ним считаются… Тут нужна большая четкость, быстрота и энергия».
Как это работало на местах? Комиссия действовала через ведомства, а на местах — через губернские и уездные исполкомы. Те назначали уполномоченных (по одному на губернию и уезд), которые непосредственно работали с детьми. Уполномоченные несли ответственность и перед исполкомом, и перед центральной Комиссией.
Что удалось сделать? По инициативе Дзержинского при активном участии чекистов появились детские трудовые коммуны. Они сыграли большую роль: тысячи детей удалось перевоспитать.
«Изъятие» беспризорников вначале проводилось только в крупных городах и на узловых железнодорожных станциях, продвигаясь затем в глубь страны. Всех остальных предписывалось отпускать. Всех задержанных в ходе операции сопровождали в детприемники с надежным караулом. Для этих целей заранее были созданы специальные железнодорожные детские приемники. Задержанию подлежали беспризорные обоего пола до 16 лет, а в возрасте от 16 лет до 21 года — только юноши. Всех остальных предписывалось отпускать.
Занятый делами в Народном комиссариате путей сообщения, возглавляя ВЧК, Феликс Эдмундович развернул огромную работу по борьбе с беспризорностью, неустанно заботился о детях, лишенных родительской ласки и семейного очага. Нельзя без волнения читать обращение Ф.Э. Дзержинского «Все на помощь детям», которое было напечатано в газете «Известия» 31 марта 1923 года: «Наша молодая рабочая республика, — писал Феликс Эдмундович, — вышла победительницей из ожесточенной кровавой борьбы с ее заклятыми врагами — внутренней и внешней контрреволюцией…
В результате титанической борьбы на организме страны остались глубокие раны… осталось еще громадное число детей-сирот… Несколько миллионов детей-сирот требуют немедленной реальной помощи…
Не стесняйтесь ни формой, ни размером вашей помощи. Помните, что только общими объединенными усилиями широких рабоче-крестьянских масс мы можем выйти с честью из борьбы на этом тяжелом фронте детской беспризорности… Все на помощь детям!»
В ответ на призыв Ф.Э. Дзержинского в стране был организован обор средств и ценностей, под детские дома отводились… особняки, проводились недели «беспризорного и больного ребенка», во время которых предприятия работали на два часа больше, а вся изготовленная в течение их продукция шла в помощь детям.
Кстати, иногда в разговоре путают эту комиссию с более ранней инициативой: 14 января 1918 года Совнарком принял Декрет «О комиссиях для несовершеннолетних». Именно тогда впервые в истории забота о ребёнке стала прямой обязанностью государства — и в том числе борьба с беспризорностью. А Комиссия 1921 года стала следующим, более масштабным этапом.
Результаты работы Комиссии по улучшению жизни детей (Деткомиссии) были масштабными — особенно если учесть, с какого уровня пришлось начинать: к 1921 году в стране насчитывалось до 4,5–7 млн беспризорных.
Деткомиссия проводила сбор продуктов питания и вещей, контролировала справедливое распределение средств между детскими организациями. ВЧК пристально следила за выполнением постановлений центральных и местных органов, относящихся к улучшению условий жизни детей. Особое внимание уделялось пресечению злоупотреблений со стороны этих органов по отношению к детям, борьбе с воровством, взяточничеством и жестоким обращением с детьми. Нарушители карались по всей строгости. Из-за огромного наплыва детей, государство столкнулось с необходимостью обеспечить беспризорников детскими учреждениями. По распоряжению Дзержинского, для размещения детей стали передавать оставшиеся без хозяев особняки, загородные дачи, опустевшие монастыри. Так помещение, предназначенное для Особого отдела Тамбовской ЧК, было отдано под детскую больницу. В 1921 году в стране появилось 26 школ-санаториев для больных детей, а количество летних детских лагерей увеличилось в 3-4 раза по сравнению с 1920 годом. Новые детские дома открывались по всей стране. Если в 1919 году детские дома обеспечивали 125 тыс. детей, то в 1921-1922 годах – 540 тыс. детей. Феликс Эдмундович лично контролировал снабжение новых детдомов мебелью, посудой, одеждой, бельем, обувью, топливом, продовольствием. Борясь за лучшие условия жизни для детей, Дзержинский использовал все доступные ему возможности. Благодаря занимаемому им посту наркома путей сообщения, Дзержинский выделял вагоны для организованного переселения детей из проблемных регионов (например, из Поволжья) в местности, не пострадавшие от неурожая. Дети расселялись в крестьянских семьях, получая пищу и крышу над головой. Когда ситуация в регионах стабилизировалась, дети возвращались обратно.
Система приёмно-распределительных центров
Комиссия создала сеть приёмно-распределительных пунктов, куда доставляли беспризорников. Там дети проходили медицинский осмотр, лечение, занимались с педагогами. После этого их распределяли: в детские дома, трудовые коммуны, детские городки или устраивали на предприятия.
Детские трудовые коммуны
Борьба за улучшение положения беспризорных детей не ограничивалась обеспечением их питанием и жильём. Серьёзной проблемой стала детская преступность. Дети без семьи были предоставлялись сами себе, сердца их ожесточались, и они становились особенно уязвимы для вовлечения в криминал. Советское общество стало перед угрозой формирования целого поколения антисоциально настроенных преступников.
Но Дзержинский основательно взялся за решение этой проблемы и не позволил детям погрязнуть в пучине преступного мира. Совместно с педагогами Антоном Макаренко и Зиновием Соловьёвым был разработан принципиально новый подход к воспитанию подростков, который стал основой успешной воспитательной доктрины СССР 1920-1940 годов.
Суть состояла в привлечении малолетних преступников к общественно-полезному труду, детям давали возможность освоить востребованную профессию и реализовать себя. По всей стране создавались трудовые дома и трудовые колонии, которые имели воспитательно-исправительный характер. По инициативе Дзержинского получили распространение трудовые коммуны ОГПУ. Самой известной из них была Болшевская трудовая коммуна в Подмосковье.
К подросткам применялся особый подход: они имели право выбора, к их мнению прислушивались. В основе лежали открытые начала сознательности, дисциплины и самоуправления. Детей были вовлечены в благоустройство своего жилого пространства, их всячески стремились отвлечь от преступного образа жизни другими интересными задачами.
Коллективный труд стал путеводной звездой, которая освещала путь для этих «трудных подростков» к здоровой жизни в обществе. Дети осваивали профессию, шили обувь, занимались слесарным делом, изготавливали коньки, работали на трикотажном производстве.
В разговоре с наркомом юстиции Дмитрием Курским Дзержинский сказал следующее об одной из таких коммун: «Не поверите, но эти чумазые — мои лучшие друзья. Среди них я нахожу отдых. Сколько бы талантов погибло, если бы мы их не подобрали! Всему их надо учить: и рожицу вымыть, и из карманов не тянуть, и книжку полюбить, а вот общественной организованности, мужеству, выдержке — этому они нас поучить могут. Стойкость какая, солидарность — никогда друг друга не выдадут…»
По инициативе Дзержинского и при участии чекистов появились детские трудовые коммуны, где бывшие беспризорники получали образование и рабочие навыки. Самая известная — коммуна имени Ф. Э. Дзержинского под Харьковом, которую возглавлял Антон Макаренко. Воспитанники коммуны освоили производство знаменитого фотоаппарата «ФЭД» (названного по инициалам Дзержинского). К 1934 году в коммуне было уже более 500 воспитанников, и она перешла на полное самообеспечение.
Борьба с воровством и злоупотреблениями
Чекисты не только занимались детьми — они следили за тем, чтобы чиновники не наживались на беспризорниках. За хищения, взяточничество и преступное отношение к детям виновных передавали в Ревтрибунал или народный суд для гласного разбирательства. Чекисты также проверяли состояние приютов, помогали с поиском помещений и ремонтом.
Мобилизация ресурсов
Бюджет Комиссии формировался из множества источников: лотереи, пожертвования, отчисления от продажи игральных карт (с каждой колоды), сборы с увеселительных заведений, штрафы за сквернословие, продажа благотворительных марок. Проводились «Недели беспризорного и больного ребёнка», во время которых предприятия работали на два часа дольше, а вся произведённая продукция шла в помощь детям. От добровольных пожертвований постепенно перешли к добровольно-принудительным сборам, что оказалось эффективнее.
Передача помещений и эвакуация
По распоряжению Дзержинского для детских учреждений передавали пустующие особняки и загородные дачи. Как нарком путей сообщения, Дзержинский выделил вагоны, в которых беспризорников вывозили из голодающих регионов в благополучные. Там детей расселяли в крестьянских семьях, где они получали крышу и еду. В 1926 году так устроили 4400 детей, в 1927 — 7464.
Усыновление и патронат
Комиссия активно пропагандировала усыновление и передачу детей в крестьянские семьи на постоянное прожительство — это было одним из путей сокращения беспризорности.
Постепенное снижение беспризорности
Число беспризорников стало медленно, но верно снижаться. К 1938 году, когда комиссию расформировали, вопрос беспризорности был в значительной степени решён. Многие воспитанники детских учреждений комиссий и коммун впоследствии стали инженерами, конструкторами, военными, учёными.
При этом стоит честно сказать: результаты не были быстрыми. Уже в 1923 году Дзержинский в обращении «Все на помощь детям» признавал, что справиться с проблемой пока не удаётся. Комиссия работала в тяжелейших условиях голода, разрухи и нехватки ресурсов. Лишь к середине 1930-х годов масштабная беспризорность как явление была сведена к минимуму.
Какие меры предпринимались комиссиями для профилактики беспризорности?
Их подход был комплексным: они не просто реагировали на уже случившееся, а старались устранить сами причины, из-за которых дети оказывались на улице.
- Выявление детей группы риска. Комиссии активно искали беспризорников — обследовали улицы, вокзалы, подвалы, окраины городов. Также они работали с семьями: выявляли те, где есть риск безнадзорности (конфликты, нищета, алкоголизм родителей), чтобы вмешаться до того, как ребёнок окажется на улице.
- Оказание срочной помощи. Когда ребёнка находили, ему часто требовалась базовая поддержка: накормить, дать одежду, оказать медицинскую помощь, отмыть. Для этого создавали приёмники-распределители.
- Устройство и социализация. После первичной помощи ребёнка старались устроить: вернуть в семью (если это было безопасно), передать под опеку или в патронат, определить в детский дом, школу-коммуну, трудовой интернат. Важной частью была социализация: в учреждениях детей не только кормили и учили, но и прививали трудовые навыки, давали общее образование, вовлекали в кружки и общественную жизнь. Одной из известных практик стали трудовые коммуны (например, коммуна им. А. С. Макаренко), где обучение сочеталось с реальной производственной деятельностью.
- Работа с причинами. Комиссии анализировали, почему ребёнок остался без попечения: безработица родителей, голод, разрушение семейных связей из-за войн и революций. На основе этого они предлагали меры на системном уровне — например, добивались адресной материальной помощи семьям, боролись с безработицей среди взрослых, которая напрямую вела к беспризорности.
- Защита прав и пресечение эксплуатации. КДН защищали детей от дискриминации, физического или психического насилия, грубого обращения, сексуальной и иной эксплуатации. Они выявляли случаи, когда взрослых вовлекали несовершеннолетних в противоправную деятельность, и принимали меры.
- Надзор и индивидуальная работа. После устройства ребёнка за ним могли установить длящийся надзор. С подростками, у которых уже были поведенческие проблемы, проводили индивидуальную профилактическую работу: беседы, разъяснение недопустимости противоправных поступков.
- Межведомственная координация. Комиссии не работали в одиночку. Они координировали усилия разных структур: органов образования, здравоохранения, социального обеспечения, милиции, прокуратуры. Также активно привлекали общественность — создавали добровольные общества (например, «Друг детей»), которые помогали с организацией ночлежек, мастерских, летних лагерей.
- Разработка нормативных и методических материалов. Комиссии не только исполняли, но и предлагали новые правила и методики профилактики, участвовали в совершенствовании законодательства в сфере защиты детства.
Важно отметить: хотя меры были масштабными, проблема оставалась острой долгое время. На результат влияли и объективные сложности (послевоенная разруха, голод), и бюрократические задержки. Со временем подход эволюционировал. В 1920-е годы усилилась ориентация на трудовое воспитание как способ профилактики рецидивов.
В 60-70-е годы беспризорщину стыдливо упрятали под терминами «детская безнадзорность» и «преступность несовершеннолетних». С середины 80-х начался новый виток беспризорности, вызванный межнациональными конфликтами, распадом СССР, социально-экономическим кризисом. В 1990-х в сиротских учреждениях воспитывалось более 700 тысяч детей, и почти все они имели родителей. После выхода из детдома 30 процентов этих ребят становятся бомжами, 20 — преступниками, 10 — заканчивают жизнь самоубийством. А кто считал уличных беспризорных, живущих в канализационных люках, на чердаках и в подвалах?
Причины детской беспризорности в наши дни.
1. Неблагополучие в семье — основная причина ненормального детского поведения, когда подростки предпочитают жить вне дома, ночевать в грязных подвалах, на чердаках, на вокзалах.
2.Ослабление воспитательной роли школы. В последнее десятилетие резко ослабла профилактическая, воспитательная роль школы; отказ от «всеобуча» снизил гарантии обязательного обучения каждого ребенка. Продолжается рост числа несовершеннолетних, не обучающихся в образовательных учреждениях и нигде не работающих. Во многих случаях несовершеннолетние уклоняются от обучения, не посещают занятия, формально числясь в образовательном учреждении.
3. Доступность алкоголя и наркотиков. Особенно по сравнению с дефицитом других товаров. Расширение рынка сбыта наркотиков.
4. Ликвидация детских и подростковых бесплатных клубов, спортивных секций, кружков и т.д.
5. Разрушение системы социального контроля, постоянные изменения в социальном законодательстве. В начале 90-х годов стало гораздо проще лишить женщину родительских прав, притом, что оформить усыновление, опеку или попечительство над ребенком — в несколько раз сложнее.
6. Побег детей из интернатных учреждений. Большую часть юных путешественников составляют «государственные» дети. Более половины из них не проводят в казенном учреждении и трех месяцев.
Современные подходы в России
Сегодня борьба с беспризорностью строится вокруг профилактики и раннего вмешательства:
Выявление и учёт. Социальные службы, полиция, школы и медучреждения обязаны сообщать о детях, оказавшихся без присмотра. Работают телефоны доверия (например, бесплатный номер 8‑800‑2000‑122 — Детский телефон доверия).
Центры помощи семье и детям, социальные приюты. Ребёнка временно размещают, оказывают медицинскую и психологическую помощь, параллельно ищут родственников или подбирают форму устройства (опека, приёмная семья).
Сопровождение семьи. Если причина ухода ребёнка из дома — трудная жизненная ситуация родителей, подключают соцработников, психологов, помогают с работой, жильём, лечением зависимостей.
Профилактика социального сиротства. Программы поддержки семей «группы риска», школьные психологи, медиация в конфликтах, работа с буллингом и насилием в семье.
Трудоустройство и профориентация подростков. Важный элемент реабилитации: кружки, стажировки, временные работы, наставничество.
Правовую основу составляют: Семейный кодекс РФ, ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних», ФЗ «Об опеке и попечительстве».
Как это работает
ПДН выявляет проблемного подростка или семью → передаёт материалы в КДН и ЗП → комиссия координирует дальнейшую работу: подключает соцзащиту, образование, опеку, здравоохранение → при необходимости направляет ребёнка в спецучреждение или ставит семью на профилактический учёт. Все эти органы обязаны обмениваться информацией и действовать совместно.
Преодоление беспризорности в Советской России и СССР привело к накоплению уникального опыта, который в дальнейшем использовали другие страны. Он используется для решения разного рода социальных проблем и в наши дни.
Борьба с беспризорностью 1920-х и 1930-х гг. нашла отражение в популярных произведениях литературы, включая автобиографическую «Республику ШКИД» Г. Белых и Л. Пантелеева (1927) и повесть Вячеслава Шишкова «Странники» (1930). Всемирной известностью пользуются произведения А. С. Макаренко «Педагогическая поэма» (1935) и «Флаги на башнях» (1938). Проблема беспризорности 1940-х — в центре повести Анатолия Приставкина «Ночевала тучка золотая» (1981) и романа Эдуарда Кочергина «Крещённые крестами» (2009). Примеры фильмов, в которых присутствуют сцены с беспризорниками:
«Путёвка в жизнь» (1931)
«Флаги на башнях» (1958)
«Армия «Трясогузки» (1964)
«Республика ШКИД» (1966)
«Ташкент — город хлебный» (1968)
«Армия «Трясогузки» снова в бою» (1968)
«Итальянец» (2005)
СПАСИБО ЗА ВНИМАНИЕ!
Фото и материалы из открытых источников Интернета
