Уважаемые читатели!
Большой вклад в развитие отечественной школы медицины внёс Матвей Яковлевич Мудров, которого заслуженно называют «отцом русской терапевтической школы». Он был высоко профессиональным врачом-клиницистом, профессором университета, общественным деятелем, благотворителем. Впервые в России он ввел опрос больного и составление истории болезней, разработал схему клинического исследования больного и многое другое.
Родился в 23 марта (3 апреля) 1776 года в Вологде в семье бедного священника Якова Ивановича Мудрова. н Отец рано приучил Матвея к грамоте и на всю жизнь привил любовь к книге. Книги Гиппократа и Цельсия были первыми, по которым Мудров выучил латинский язык. Не просто как науку о врачевании воспринял медицину Матвей. Он ее видел, как древние, как добавление к религии, которая призывает думать о ближнем, о его счастье.
Первое образование получил в местной духовной семинарии. Продолжил обучение в Московском университете. В конце первого курса за глубокое познание теоретических наук Матвей получил свою первую золотую медаль. В 1796 году он был допущен к курсу врачебных наук. Однако его поджидало разочарование. Курсы врачебных наук, как и все преподавание медицины, велись в отрыве от практики. Студенты не видели больных и даже на фантомах работали редко. Признавая прекрасные лекторские способности и знания преподавателей, студенты справедливо роптали, что профессора не знакомят их с повседневными буднями врача, диагностикой и лечением. Мудров впоследствии говорил: «Мы учились танцевать, не видя, как танцуют».
В 1800 году Матвей окончил Московский университет, и ему присвоили звание кандидата медицины, наградив второй золотой медалью за успешную учебу. А тут, кстати, решил император Павел благосклонность к наукам показать и повелел отправить наиболее одаренных выпускников университета за границу для усовершенствования в науках.
В марте 1801 года Мудров отправился за границу. Планировалось на два года, а растянулась командировка на семь лет. За границу можно было выехать из Санкт-Петербурга. Полтора года провел Мудров в Санкт-Петербурге, бегая по госпиталям и слушая лекции хирургов Загорского и Буша, которые помогли ему в дальнейшем, находясь за границей, понять достижения лучших клиник Берлина, Вены, Парижа в области медицины. Не было бы счастья, да несчастье помогло. Именно здесь, в Петербурге, сформировался Матвей Мудров как русский врач. Здесь закладывались его знания практической медицины.
На основании опыта работы лучших университетов Германии, Австрии, Франции он предлагает конкретные меры улучшения характера преподавания, чтобы приблизить обучение студентов к задачам практической медицины. Предоставляя «чертеж практических врачебных наук, снятый с главных училищ Германии и Франции», он высказал при этом свой взгляд на их преподавание. «Заблаговременное соединение теории с практикой составляет особый круг в медицине. Как науки, они имеют свои идеальные начала, почерпнутые из существа вещей. Как науки практические, они преосуществляются в искусство. Кто соединил науки с искусством, тот художник».
В России ему был близок по духу культурный салон в доме И.П. Тургенева, развивавший идеалы Просвещения, а в Европе – круг Кристофа Вильгельма Гуфеланда «красы и гордости Берлинского медицинского факультета». Позже Мудров увлёкся лечебной системой Франсуа Бруссе с опорой на ликвидацию очага болезни. По религиозным соображениям Матвей Яковлевич вступил в масонскую ложу, которые тогда не были запрещены.
15 апреля 1809 года Мудров был утвержден в звании ординарного профессора кафедры патологии и терапии Московского университета, а через четыре года, в октябре, московского отделения Медико-хирургической академии. В декабре 1811 года Мудров награждается орденом Владимира IV степени, а весной 1812 года его избирают деканом Московского медицинского факультета.
Началась новая глава в жизни Мудрова — руководителя терапевтической клиники, на базе которой образовалась целая терапевтическая школа, давшая многих известных профессоров и практических врачей. С его именем связана реорганизация преподавания медицинских наук; были введены практические занятия для студентов и преподавание патологической и сравнительной анатомии, усилено оснащение кафедр учебно-вспомогательными пособиями и т.п. Он создал первую школу русских терапевтов, рассматривавших болезнь как страдание всего организма; подчеркивал, что основная задача врача — распознавание и определение причин заболевания, проведение комплексных лечебно-профилактических мероприятий. Он первым заявил о медицине профилактической.
Одно из его наиболее знаменитых произведений называется «Слово о пользе и предметах военной гигиены или науки сохранять здоровье военнослужащих» (М., 1809). Оно было произнесено на торжественном собрании Императорского Московского Университета, а потом легло в основу первого в России академического курса гигиены. Незадолго до того Мудров издал пионерский труд по военной хирургии.
Это были первые публикации в данной области на русском языке, потому что большинство медицинских трудов печаталось тогда либо на латыни, либо на немецком языке. Помимо хирургической техники в трудах гигиениста объяснялась польза физических упражнений, правильного питания, оптимального обмундирования, устройства казарм, умение оказать взаимопомощь и самому себе.
Во время Отечественной войны 1812 года, когда на миллионную армию империи приходилось всего 500 врачей, а на фронте и в тылу катастрофически не хватало специальных медицинских средств, опытный врач учил солдат использовать природные и подручные средства.
Огромен вклад Мудрова в восстановление медицинского факультета МГУ после разорения во время наполеоновского поджога Москвы в 1812 году. Вместе с большинством домов в 1812 году сгорел Московский университет. Матвей Яковлевич дает деньги на строительство нового здания для своего храма науки и передает свою и своего тестя библиотеки взамен сгоревших книг.
Авторитетный медик был избран деканом пять раз. Он читал специальные курсы (патология, терапия, клиника), передал университету свою личную библиотеку. При МГУ по его инициативе был основан медицинский институт и клиническая больница.
Мудрова можно считать одним из первых русских теоретиков профилактической медицины. В своих размышлениях и наставлениях он часто использовал такие ключевые понятия как «гигиена», «сохранение здоровья», «профилактика». Матвей Яковлевич рекомендовал не увлекаться сложными лекарствами, лечить не болезнь и её симптомы, а самого больного. Он понимал, что гораздо легче предупредить заболевание, нежели потом лечить его. Для доброго здравия лучшим средством он считал телесные упражнения и движения. «Взять в свои руки людей здоровых, предохранить их от болезней наследственных или угрожающих, предписать им надлежащий образ жизни есть честно и для врача покойно, ибо легче предохранить от болезней, нежели их лечить. И в сем состоит первая его обязанность».
Матвей Яковлевич был семейным врачом Голицыных, Муравьёвых, Чернышевых, Трубецких, Лопухиных, Оболенских, Тургеневых и др. именитых семей. Представляет огромный интерес, что с самых первых дней своей практики Мудров начал скрупулезно записывать в тетрадках и собирать истории болезни. Кроме того, на каждой странице своей записной книжки он записывал имена больных, которых посещал. Тяжелобольных с трудным диагнозом он подчеркивал либо одной, либо двумя, либо тремя черточками, в зависимости от того, как часто должен был их посещать. По истечении года тетрадки переплетались и вместе с записной годовой книжкой, на которой золотом наносился год работы, помещались в специальный шкаф. За 22 года своей врачебной практики он накопил 40 томов, некоторые из них имели толщину энциклопедии. Это собрание историй болезни будет его величайшим богатством.
Ни один врач Москвы, даже самый знаменитый, не располагал таким собранием практических наблюдений. Мудров дорожил и берег это бесценное сокровище. Богатейшие материалы Мудрова, к сожалению, были утеряны. Его ученик Петр Страхов, которому он поручил после своей смерти издать их, не выполнил просьбу учителя.
Профессор был великолепным оратором, владевшим правилами классической риторики. Свои лекции он читал вдохновленно, как проповедь. В те годы он был первым медицинским светилой в Москве, а потом слава о нём распространилась далеко за её пределы.
В искусстве врачевания лучшим примером для Мудрова был великий античный врач Гиппократ, которого он глубоко изучал, переводил и пропагандировал. Профессор говорил: «Держитесь сказанного Гиппократом. С ним вы будете и лучшие люди, и лучшие врачи».
Мудров был выдающимся практиком, настоящим врачом-лекарем, неутомимым трудоголиком и подвижником. Его рабочий день начинался рано утром, а завершался поздно вечером. И всему он находил своё время.
За качественное лечение доктор, не стесняясь, брал с богатых хороший гонорар, а бедных лечил за очень скромную оплату или бесплатно. Своих студентов Матвей Яковлевич наставлял: «Иногда лечи даром, ибо, кто человеколюбив и милосерд, тот есть истинный любитель и любимец науки». Общения с ним искали люди разных сословий, включая образованных аристократов.
Мудров придавал большое значение диагностике, внимательному личному осмотру и опросу клиента, изучению истории его болезни. Он первым в России разработал подробную схему клинического исследования больного, которая потом совершенствовалась его последователями. Матвей Яковлевич подчеркивал большое значение патологической анатомии, связал её с практической работой клиники, чтобы новшеством по тем временам.
Многие принципы выдающегося медика были с благодарностью восприняты учениками, а его краткие изречения в духе Гиппократа стали крылатыми: «Вся природа должна быть аптекой», «Гораздо легче беречь, нежели возвращать потерянное здоровье», «Познание болезни есть половина её лечения», «Врачевание не состоит в лечении болезни. Врачевание состоит в лечении самого больного», «Во врачебном искусстве нет врачей, окончивших свою науку».
В 1830 г. в России началась эпидемия холеры. Мудров стал одним из членов комиссии по борьбе с массовой заразой и был командирован в Саратов. По пути туда врач подготовил брошюру «Краткое наставление, как предохранять себя от холеры, излечивать ее и останавливать распространение оной». Она была быстро издана во Владимире, а затем в более полном виде в Москве.
7 июля, после интенсивного общения с людьми, в том числе зараженных холерой, он почувствовал себя плохо. Удивительный человек и врач, Мудров умер от холеры 8 июля 1831 года в Петербурге. «Жизнью жертвую ради жизни других» — этот латинский афоризм о самопожертвовании Матвея Яковлевича Мудрова.
Матвей Яковлевич был похоронен на холерном кладбище под Санкт-Петербургом за церковью Святого Самсона под простой гранитной плитой с благодарственной надписью за врачебный и христианский подвиг.
СПАСИБО ЗА ВНИМАНИЕ!
Фото и материалы из открытых источников интернета.
